Пятое марта: день, когда нейросеть осталась без «паспорта»
19 февраля 2026 года экспертный совет Минцифры вынес вердикт: флагманская нейросеть от Сбера Kandinsky не включена в реестр российского ПО. Итоги голосования — 20 голосов «за» отказ при 4 воздержавшихся. Официальный протокол от 5 марта подтвердил: модель, на которой строился образ технологической независимости, осталась за бортом системы.
Это не просто техническая заминка, а институциональный сбой в логике импортозамещения. Нейросеть, которая генерирует изображения в стиле русского зодчества лучше западных аналогов, юридически не признана отечественной. Для Сбера это означает потерю доступа к госконтрактам и льготам по НДС.
Бюрократия стала единственным барьером, который искусственный интеллект пока не смог взять штурмом. Оказалось, что даже государственные гиганты не могут обойти жесткие требования регулятора.
Механика отказа: почему код не прошел фильтр
Причина кроется в Постановлении Правительства №1236. Требования к софту в реестре строгие: отсутствие иностранного управления, хранение исходного кода в России и совместимость с отечественными ОС. Но главным триггером стал Telegram.
Использовать мессенджер Павла Дурова как основной интерфейс для «суверенной» модели — это как строить секретный бункер с дверью от соседа. С точки зрения пользователя это удобно и быстро. С точки зрения Минцифры — это критическая зависимость от платформы, которую государство не контролирует полностью.
Возник технический парадокс. Архитектура Kandinsky сопоставима с Midjourney, модель работает на мощностях Сбера и обучена на огромном массиве данных. Но её «руки» — способы доставки контента до людей — оказались слишком глобальными для локального реестра.
Последствия для экосистемы: в поисках стерильности
Мы пытаемся построить закрытую цифровую экосистему, где всё свое — от микросхем до интерфейса. Но реальность сложнее: современные технологии по своей природе — это лоскутное одеяло из открытых библиотек и трансграничных протоколов. Попытка их изолировать часто ведет к потере конкурентоспособности.
Российский ИИ-сектор сейчас стоит перед выбором:
1. Оставаться удобным для миллионов пользователей.
2. Стать «стерильным» для государственных закупок.
Сбербанк планирует доработать Kandinsky и подать заявку повторно, но прецедент уже создан. Это удар по инвесторам и разработчикам, которые ориентировались на господдержку. Если даже флагманский проект не проходит фильтр, малым игрокам придется еще сложнее.
Граница между технологическим суверенитетом и изоляцией становится всё тоньше. Готовы ли мы жертвовать качеством и скоростью развития нейросетей ради того, чтобы в каждой строчке кода стояла печать формального соответствия?